Российский экспорт угля в 2025 году: вызовы и решения 

«Произошедшее в 2025 году снижение цен делает более половины добываемого в России угля нерентабельным к экспорту», — с таким неутешительным заявлением выступил партнёр консалтинговой компании NEFT Research и основатель аналитического агентства «Альфастат» Данил Токмин.

В сентябре он принял участие в презентации доклада о перспективах угольного экспорта. Эксперт рассказал о тенденциях, которые сейчас определяют развитие отрасли, причинах убыточности, а также постарался найти решения для поставщиков. 

Мы ознакомились с докладом и выделили основные тезисы о нынешнем положении угольной промышленности.

Добыча стагнирует

Своё выступление Данил Токмин начал с данных по угледобыче. Всем известно, что отрасль стагнирует из-за ограничения поставок за рубеж и ухудшения рыночных условий. 

Объём добычи угля в 2023 году составлял 440 млн т, в 2024-м — 439 млн т, а на 2025-й агенство NEFT Research даёт прогноз 436 млн т. 

Экспорт падает более быстрыми темпами: в 2023 году — 213 млн т, в 2024-м — 194 млн т, в 2025-м может достичь 189 млн т. Всему виной санкционное давление, рост логистических и производственных издержек, а также слабеющий рыночный спрос.

Поставки топлива на внутренний рынок увеличиваются, но могут лишь частично  компенсировать выпадающие экспортные объёмы. Так, в 2023 году российским потребителям отгрузили 171 млн т, в 2024-м — 179 млн т, а на 2025-й прогнозируют 175 млн т. 

При этом уголь копится на складах предприятий. Если в 2023 году недропользователи не реализовали 41 млн т запасов, то в 2024-м — уже 49 млн т.  

«По показателям добычи не так всё драматично, но там кроется много подводных течений и трендов. Сейчас она поддерживается только внутренними задачами и работой на склады», — отметил Данил Токмин.

Цены на уголь падают  

В 2025 году стоимость угля на мировых рынках упала до кризисных уровней 2019-2020 гг. Котировки топлива энергетических марок пошли вниз в 2021-2022 годах, а в 2024-м давление усилилось из-за сокращения потребления в Китае и Индии (ТЭС переводят на местное топливо). 

Пик цен на коксующийся уголь прошёл весной 2022 года, после чего наметилась отрицательная динамика. Она была также во многом обусловлена экономическим спадом в Китае. В прошлом году и в первой половине 2025-го стоимость сырья продолжила уменьшаться, в том числе из-за сокращения мирового производства стали. 

Санкции существенно повлияли на экономику поставок. В 2022 году недропользователи впервые столкнулись с отказами судоходных компаний предоставлять суда и портов обслуживать грузы из России. Транспортные цепочки усложнились, до сих пор возникают проблемы со страхованием грузов и оплатой услуг. 

Из-за удорожания логистики и падения мировых цен на уголь отечественные компании столкнулись с резким снижением доходности экспорта. Сейчас зачастую стоимость, за которую удаётся реализовать продукцию, не покрывает себестоимость добычи.

Помимо ценового уровня и закрытия европейских рынков, на состояние экспорта также влияют дисконты.

«Это ещё один важный фактор, про который часто забывают. У нас не просто сократились объёмы поставок, но и цены, доступные российским угольщикам, значительно отличаются от среднерыночных. 

В 2022 году дисконты достигали 20–30%, потому что страны, работавшие на тот момент с российским углём, понимали, что выбора стало меньше. То есть можно сказать, что традиционные покупатели пользовались ситуацией и наши компании недополучали до 40% выручки.

Сейчас ситуация стабилизировалась: дисконт стоит на уровне 8-10%. Но в условиях, когда для нас критичен каждый процент маржинальности, когда каждые 5% изменения цены — это отдельные угольные предприятия, которые становятся убыточными или неубыточными, конечно, они имеют большое значение», — дополнил Данил Токмин.

Экспорт становится убыточным 

Эксперт подчеркнул, что экспортные цены на российский уголь снизились почти вдвое по сравнению с 2022 годом. Отмена понижающих коэффициентов и плановые индексации тарифов РЖД привели к удорожанию транспортировки на 20-30%. 

При таких условиях, даже несмотря на снижение ставок перевалки и оптимизацию себестоимости, экспорт стал убыточным для большинства добывающих предприятий. Единственное направление, по которому можно достичь околонулевой доходности, — Восток. 

В пример докладчик привёл статистику по отгрузкам угля из Кузбасса в августе текущего года. 

Экономика экспорта энергетического угля марки Д: 

• через порт Усть-Луга — доходность -1360 руб./т (-145% к 2022 году);
• через порт Мурманск — доходность -1312 руб./т (-136%);
• через порт Тамань — доходность -1304 руб./т (-163%);
• через порт Восточный — доходность -454 руб./т (-110%).    

Если три года назад нетбэки доходили до 40%, то сейчас среднестатистический кузбасский угольщик не способен прибыльно отгружать ископаемое на экспорт ни в одном направлении. Однако компании не могут останавливать поставки из-за долгосрочных контрактов, ведь это может обойтись дороже, чем работа в операционный минус.  

При этом уже не менее 17 кузбасских предприятий заявили о закрытии или временной консервации. В прошлом году доходы недропользователей упали больше чем на 400 млрд рублей, и эксперты NEFT Research считают, что отрицательная динамика продолжится. 

Более того, убытки отрасли по итогам первого полугодия уже превысили показатель за весь 2024-й. Количество убыточных производств выросло на 48% — 89 компаний. Такого не было даже в кризисный ковидный год. 

«Мы уже сейчас живём в стресс-сценарии, представленном в энергетической стратегии Минэнерго. Согласно этому сценарию, в 2030 году добыча угля должна составить 438 млн т, но этот показатель даже больше, чем предполагаемый объём на 2025-й. 

Стресс-сценарий предусматривает значительное снижение производственных показателей отраслей ТЭК на фоне сокращения экспортных возможностей и общего ухудшения внешних условий его функционирования», — заметил партнёр консалтинговой компании NEFT Research. 

Провозные способности ограничены  

Аналитическое агентство выделило внутренние ограничивающие факторы угольного экспорта морем по итогам 2024 года. 

На направлениях Балтика и Дальний Восток поставки тормозит мощность ж/д инфраструктуры. В первом ж/д подходы загружены на 99%, втором — на 97%. Фактический экспорт через порты Балтики составил 43,5 млн т (32% рентабельных поставок), через порты ДВ — 93,7 млн т (69% рентабельных поставок). 

Для Арктики сдерживающим элементом являются уровни цен и нетбэков. В прошлом году в этом направлении вывезли 11,5 млн т топлива (рентабельность 44%).  

Своя особенная ситуация складывается на Юге, где ж/д инфраструктура становится «узким» местом только в летние месяцы из-за конкуренции с пассажирским трафиком. Через порты Азово-Черноморского бассейна в 2024 году направили 17,8 млн т угля (рентабельность 42%). 

«Сейчас портовая инфраструктура не является ограничителем для отрасли, и не она определяет основные перспективы экспорта. 

Мы обозначили процент потенциально рентабельного экспорта, т.е. процент той добычи, которая потенциально может уехать через каждое из направлений с плюсом для угольщиков. По итогам 2024 года на Восток только 70% сырья могло уехать с плюсом. Это объединённая статистика по металлургическим и энергетическим углям. 

Если же рассматривать только уголь энергетических марок, то видим более драматичную ситуацию — только около половины продукции может уезжать даже на Восток с плюсом. А на Западе, Северо-Западе и Юге показатели ещё ниже, частично из-за логистического плеча, частично из-за уровня цен», — пояснил Данил Токмин. 

Эксперт рассказал, что в 2030 году провозная способность железнодорожной инфраструктуры вырастет более чем на 148 млн т. В первую очередь РЖД будет развивать мощности в направлении портов. 

В частности, самого большого прироста ждут от ж/д подходов к портам Арктики. В следующие пять лет пропускная способность должна увеличиться с 33 до 110 млн т преимущественно за счёт развития Мурманского транспортного узла. 

Пути решения проблемы 

Правительство уже пошло навстречу отрасли. Среди утверждённых мер поддержки — гарантированные квоты на вывоз топлива (экспорт из Кузбасса на Восток, для Горловского бассейна), отсрочка по НДПИ и страховым взносам до 1 декабря 2025 года, реструктуризация долгов и инструмент ВЭБ.РФ (санация и особые процедуры банкротства). 

Кроме того, Минэнерго должно утвердить арендные субсидии на поставки угля через южные и северо-западные порты. 

Докладчик рассказал о первых итогах таких мер. В частности, «Мечелу» дали трёхлетнюю рассрочку по уплате задолженности по налогам, сборам и страховым взносам на 13 млрд рублей.  «Воркутауголь», «СДС-Уголь», «Сила Сибири», «Донские угли», «Северный Кузбасс» и «СУПК» получили индивидуальную поддержку — субсидии, отсрочки по кредитам и пр. 

Однако эксперты считают, что этих мер всё ещё недостаточно. Данил Токмин привёл прогнозы KPMG, Fitch и правительства Австралии по состоянию угольного рынка. 

Аналитики считают, что в условиях замедления мирового спроса цены на топливо будут стагнировать или незначительно сокращаться. Номинальные цены могут вырасти на 5-7% к 2027 году, но реальные останутся на том же уровне. 

NEFT Research выступает с более оптимистичным прогнозом: цены восстановятся до уровней второй половины 2010-х в ближайшие 2-3 года. Однако всё же назвать точных сроков выхода отрасли из кризиса не может никто. 

«Надеемся, что сокращение, которое коллеги прогнозируют до 2029-2030 года, окажется более краткосрочным. Угольный рынок очень цикличен: за 5-7 лет высокого цикла по всему миру расширяются мощности, даже низкоэффективные страны запускают и расширяют производство, и предложение превышает спрос. 

После рынок уходит в низкую фазу, неэффективные производства закрываются и формируется какой-то новый баланс. Сейчас мы находимся в этом цикле, и когда предел будет достигнут, тренд повернётся обратно», — подчеркнул докладчик. 

Сохранение текущих цен без дополнительных мер поддержки отрасли приведёт к дальнейшему падению экспорта. При этом рост тарифов РЖД на ископаемое опережает инфляцию (+176% с 2018 года), а недропользователи не получают значимых налоговых поблажек. Что же предлагают аналитики? 

Данил Токмин выделил два «радикальных решения для выживания»: прямое субсидирование угольщиков и перераспределение маржи по цепочке. 

Эксперт пояснил, что сейчас цепочка экспортных поставок прибыльна только для РЖД и стивидоров, в то время как угольщики и операторы полувагонов работают в минус. В частности, суммарная доходность всей цепочки при поставках кузбасского угля на Восток составляет 1384 руб./т (21% маржинальности). 

Доходность РЖД при этом составляет 46%, портов — 53%, операторов полувагонов — минус 4%, недропользователей — минус 21%. При поставках на Северо-Запад и Юг ситуация более тяжёлая. 

По мнению агентства NEFT Research, перераспределение тарифов позволит обеспечить положительную экономику всем участникам рынка. 

Необходимое изменение тарифа/нетбэка для равномерной доходности рынка для портов должно составить -40% (до 431 руб./т), РЖД — минус 32% (до 2196 руб./т), операторов полувагонов — +32% (до 571 руб./т) и самих угольщиков — +53% (до 3342 руб./т). 

Эксперты считают, что нужно снизить тарифы РЖД и ставки перевалки, чтобы достичь 21% маржинальности для всех участников цепочки поставок. 

Данил Токмин резюмировал, что этот показатель доходности, конечно, не обеспечит долгосрочное развитие и инвестиции, но поможет сохранить производства и удержать долю российского угля на мировом рынке. 

Читайте также: «Кризис в угольной отрасли — 2025: предпосылки и меры поддержки».  

По материалам NEFT Research