Углеродный налог в России: зло или шанс на развитие?

Введение углеродного налога в ЕС грозит серьёзными потерями для российского экспорта. В базовом сценарии прогноза, который составили в аудиторской компании KPMG, наши компании заплатят 33,3 млрд евро в 2025-2030 годах.

«Законность» этой нормы можно оспорить, ссылаясь на нормы ВТО, но уже сейчас видно, что тренд на декарбонизацию — часть новой экономической реальности. На этом фоне появились слухи о введении углеродного налога и в России. Так ли это? И какие задачи перед предприятиями поставит новая стратегия?

Россия хочет стать углеродно-нейтральной к 2060 году

Общий тренд на декарбонизацию не мог миновать Россию. С экономической точки зрения многие предприятия теперь заинтересованы в модернизации, чтобы снизить углеродный след и избежать высоких ставок углеродного налога. Но не стоит забывать и о собственно экологической составляющей.

Наша страна, по оценкам BP и Всемирного банка, занимает четвёртое место в мире по объёму выбросов CO₂. Впереди только Китай, США и Индия. При этом до недавних пор Россия не была отмечена достижениями в борьбе с изменением климата.

Однако в этом году ситуация начала меняться. 2 июля 2021 года был опубликован федеральный закон «Об ограничении выбросов парниковых газов», а осенью Минэкономразвития представило новую редакцию «Стратегии низкоуглеродного развития РФ до 2050 года». На данный момент документ проходит согласование в федеральном Правительстве.

Новая версия стратегии оказалась более радикальной, в ней осталось только 2 сценария: интенсивный и инерционный. При этом в качестве базового рассматривается интенсивный, по которому Россия должна достичь углеродной нейтральности к 2060 году.

Что это значит для экономики страны? Разработчики стратегии убеждены, что в обоих случаях нефтегазовый экспорт будет снижаться, однако в интенсивном сценарии это будет компенсировано ростом других статей экспорта на 4,3%, что обеспечит рост ВВП около 3% в 2030-50 годах и 2,7% к концу 2040-х годов.

В инерционном сценарии точно так же произойдёт сокращение нефтегазового экспорта, которое ничем не будет компенсировано. В результате рост ВВП в 2030-2050 годах составит только 1,5%, а к 2050 году и вовсе всего 1%. 

Углеродный налог: за и против

Какие конкретно меры предлагаются, чтобы достичь заявленных показателей? Можно сказать, что идея введения углеродного налога в России обсуждается на самом высоком уровне. Об этом ещё в 2019 году говорил глава «Роснано» Анатолий Чубайс. По его мнению, это могло бы позволить освободить российские товары от выплат по углеродному налогу в ЕС.

Тогда эксперты негативно отнеслись к этой идее, пишет «РБК». Учитывая, что не вся производимая продукция идёт в Европу, то и налог взимался бы с реально экспортируемого объёма парниковых газов из России. В случае принятия углеродного налога внутри страны, под его действие попал бы уже весь объём производства отечественных компаний, а это дало бы увеличение в несколько раз.

Неудивительно, что у ужесточения экологического законодательства в целом и введения углеродного налога в частности в России всегда было много противников. В первую очередь против выступали представители крупного бизнеса, зачастую их в этом поддерживали некоторые высокопоставленные чиновники.

Однако последние несколько месяцев подход в этом вопросе российских властей изменился. По мнению первого вице-премьера Правительства РФ Андрея Белоусова, мотивацию российских компаний в процессе энергоперехода нужно «усилить». Только «пряниками» — путём предложения доступных технологий и комплексных экологических решений этого сделать не получится.

Поэтому рассматриваются идеи внедрения торговли квотами на выбросы CO₂, изменения налогового законодательства в топливно-энергетическом секторе с учётом применения «чистых» технологий. Однако Андрей Белоусов добавляет, что это «пока идеи», на отработку которых уйдёт время, возможно, несколько лет. Изменения в законы касательно выбросов будут вноситься постепенно, подчеркнул чиновник в интервью «Коммерсанту».

Энергопереход потребует серьёзных инвестиций, отмечают разработчики стратегии. В том же интервью Андрей Белоусов называет цифры в 90 трлн рублей за 28 лет. Но эти затраты, по его мнению, абсолютно необходимы.

Если не вкладываться в модернизацию производства, всё равно придётся отдать эти деньги в виде углеродного налога при экспорте в страны ЕС. Остановить процесс энергоперехода уже не получается, значит надо попробовать «оседлать эту волну» — такова логика разработчиков Стратегии.

Торговля квотами на выбросы парниковых газов — инициатива Сахалина

В свете возможных грядущих перемен интерес представляет пилотный проект по снижению выбросов на Сахалине. Законопроект о введении экспериментального углеродного регулирования в области внесло Минэкономразвития.

Поставлена амбициозная задача — достичь углеродной нейтральности к концу 2025 года. Для этого планируется внедрение системы квот (максимальных значений выбросов). Если организация выйдет за пределы установленных квот, её ждёт штраф. С другой стороны, неиспользованные квоты превратятся в углеродные единицы, которые можно будет продать на специальной платформе тем, кто не уложился в норматив.

Согласно проекту, с 2023 года отчитываться о выбросах парниковых газов начнут те компании, чьи выбросы в 2022 и 2023 годах составят свыше 50 тыс. тонн эквивалента углекислого газа. Начиная с 2025 года, к ним должны будут присоединиться организации, чьи выбросы превысят 20 тыс. тонн эквивалента углекислого газа.

Система квот должна подтолкнуть предприятия вкладываться в модернизацию, сокращать «углеродный след» в своей продукции. А это сделает их продукцию более конкурентоспособной, в том числе и на европейском рынке.

Свои аргументы есть и у противников введения экологических ограничений в России. По их словам, затраты на модернизацию предприятий в условиях стагнации экономики осуществить затруднительно. Усилившееся налоговое бремя может подтолкнуть бизнес не к развитию, а банкротству.

Таким образом, идею углеродного налога и другие экологические ограничения можно рассматривать как с точки зрения ужесточения нагрузки на бизнес, так и в качестве шанса на развитие. Кто здесь прав, покажет время, конечно, если соответствующий закон будет принят.