РМ и РЗМ всё чаще называют «новой нефтью». Сегодня Россия закупает их за рубежом, хотя на территории страны есть свои месторождения этих ресурсов. Что нужно для того, чтобы наладить добычу и переработку редкоземельных металлов на территории страны? Ответ на этот вопрос искали участники круглого стола в Совете Федерации.
Член Комитета СФ по экономической политике Александр Жуков в своём вступительном слове подчеркнул, что создания полной производственной цепочки по редким и редкоземельным металлам требует сложившаяся геополитическая конъюнктура.
«Традиционный монополист Китай за последний год сократил квоты на экспорт на 40%, что привело к кратному росту цен на это стратегическое сырьё», — отметил сенатор.
Опорным регионом для развития отрасли в России может стать Сибирский федеральный округ. Важно, что субъекты СФО обладают не только хорошим сырьевым потенциалом, но и возможностями для глубокой переработки РЗМ.
«Особенно выделяются Республика Тува и Иркутская область. Эти регионы наравне с Мурманской областью — основные форпосты страны в части редких металлов. Относительно дешёвая гидроэлектроэнергия позволяет реализовывать промышленные проекты по освоению месторождений и глубокой переработке сырья.
За последние три года лицензировано три месторождения: Ак-Сугское, Тастыгское, Большетагнинское. Они принципиально меняют сырьевое обеспечение отечественной промышленности.
За счёт объектов, которые должны ввести в разработку, увеличим добычу с 6,5 до практически 90 тыс. тонн совокупно по всем редким металлам», — рассказал заместитель директора департамента государственной политики и регулирования в области геологии и недропользования Министерства природных ресурсов и экологии РФ Александр Темнов.
На долю СФО приходится 40% лития, 50% ниобия и тантала, а в углях Кемеровской области обнаружили высокое содержание германия.
«Сибирское отделение РАН недавно представило перечень из 10 перспективных месторождений в восточной части Сибири и Арктике, которые могли бы стать ресурсной базой для нового кластера. Среди них Талнахский рудный узел, Томторское, Катугинское, Белозиминское, Зашихинское», — добавил Александр Жуков.
По словам Александра Темнова, сейчас недропользователи активно получают лицензии на геолого-разведочные работы, освоение месторождений. В рамках второго этапа проекта «Геология: возрождение легенды» большое внимание уделяется редким металлам. Всего на их поиски заложено порядка 1,2 млрд рублей на три года, отметил чиновник.
В то же время нужно понимать, что расходы на геологоразведку в данном случае составляют миллиарды долларов. Неудивительно, что практически все месторождения РМ и РЗМ были открыты в советское время.
«Кроме этого, всю тему, связанную с РМ, должны сопровождать технологии. Причём затраты на создание установок, эксперименты исчисляются не в миллионах, а в миллиардах рублей. Тем более что наше сырьё не самое лучшее в мире», — добавил г-н Темнов.
Читайте также:
Редкоземельные металлы в России: сможет ли отрасль перейти от планов к промышленному росту в 2026–2030 годах
Впрочем, даже разведанных запасов достаточно для начала промышленной разработки. Другое дело — что будет дальше с полученным сырьём?
«Нужно создать условия, чтобы этот объём мог быть переработан на предприятиях РФ. Если заводы не будут построены, предприятия столкнутся с дилеммой: либо мы вывозим ресурсы за рубеж, либо замораживаем инвестиции», — подчеркнул Александр Темнов.
Решение чиновник видит в создании хабов по переработке, когда не каждый инвестор строит свой завод, а создаётся несколько предприятий широкого профиля, которые смогут перерабатывать сырьё с различных месторождений, тем самым минимизируя издержки.
Работа в этом направлении ведётся. Так, по словам Александра Жукова, сейчас обсуждается создание кластера РМ и РЗМ. Планируется, что он разместится на территории Красноярского края, Иркутской области, Хакасии и Тувы.
В его рамках, например, запустят переработку рудного концентрата с получением гидроксида лития, срок реализации: 2030 год. Также в планах строительство многоассортиментного завода малотоннажной химии для производства высокочистых продуктов. Его запуск ожидается в 2028 году.
«В Минпромторге провели комплексный анализ потребности в высокотехнологичных отраслях промышленности по каждому редкому и редкоземельному металлу с горизонтом планирования до 2030 года, с определением темпов роста. Составлены комплексные промыслово-сбытовые цепочки. Понимаем, какие есть узкие места, где необходимо наладить производство.
В прошлом году запустили федеральный проект: «Развитие отрасли редких редкоземельных металлов». Он направлен прежде всего на удовлетворение потребности промышленности в критической продукции.
В его рамках к 2030 году планируется снизить уровень импортозависимости до 48%. Это приемлемый показатель при текущем состоянии мирового рынка», — рассказал начальник отдела редких и редкоземельных металлов Минпромторга РФ Игорь Колабский.
Также чиновник подчеркнул, что проекты, реализуемые на территории СФО, касаются не только добычи и производства концентратов, но направлены на глубокую переработку. Например, на Тастыгском месторождении собираются строить гидрометаллургический завод, на Большетагнинском производить феррониобий, который необходим для сталеплавильной отрасли, а на Ак-Сугском извлекать молибден и рений в металлической форме.
Впрочем, есть здесь и свои сложности. Очевидно, что столь масштабные проекты не реализовать без господдержки.
«Пока внятной экономической модели в отношении РЗМ никто не предоставил. Проекты получаются убыточными, пусть и на стадии лицензирования они выглядят привлекательными», — подчеркнул Александр Темнов.
Понимают это и в Минпромторге.
«Находимся с отраслью в плотном диалоге, чтобы понять, какие механизмы работают более эффективно. Прежде всего, это льготные займы по нашим программам, кластерные инвестиционные платформы, специальные инвестиционные контракты. В этом году новая мера: субсидия-компенсация на недополученные доходы для предоставления скидки потребителям.
Это важная мера, направленная на то, чтобы снизить стоимость относительно мировой. Это позволит нарастить выпуск именно отечественной продукции. Первый конкурс провели, сейчас проведём некоторые изменения и планируем дополнительные отборы», — рассказал Игорь Колабский.
Впрочем, среди участников «круглого стола» были и те, кто счёл, что существующих мер недостаточно. Например, если говорить о глубокой переработке, сложность заключается в том, что потребители отдают предпочтение более дешёвой китайской продукции.
И новая субсидия-компенсация пока не может решить проблему. На это Игорь Колабский ответил, что поставщик определяется в ходе тендерных процедур и Минпромторг никак не может на это влиять.
Участники круглого стола сошлись во мнении, что объёмы господдержки отрасли нужно увеличивать.
«Тот же проект по производству СПГ в Арктике. Понятно, что он не «полетел» сразу. Были беспрецедентные меры поддержки, за счёт чего смогли включиться в формирующийся рынок СПГ», — привёл пример Александр Темнов.
«Пора понять, что рынок не расставит всё по местам. В тех же США это чисто дотационная история. Сейчас считаем экономический эффект каждого проекта в отдельности, но не знаем мультипликативный эффект по всей цепочке», — добавил заместитель директора по технологическому развитию «Росатома» Дмитрий Иванец.
Александр Жуков, подводя итоги обсуждения, отметил, что отрасль нуждается в едином координирующем центре.
«Необходимо определить приоритеты вовлечения этих объектов в промышленный оборот и синхронизировать планы геологоразведки с потребностями перерабатывающей промышленности. Формирование устойчивого внутреннего спроса — необходимое условие для окупаемости инвестиций в добычу и переработку.
Конечно, без адресной системной поддержки реализация столь капиталоёмких проектов невозможна. Ключевым механизмом должны стать субсидии, компенсирующие производителям разницу между себестоимостью продукции и рыночной ценой, что позволит сделать отечественную продукцию конкурентоспособной по сравнению с импортными аналогами», — резюмировал сенатор.
Читайте также:
Стратегические и дефицитные: реальные планы на редкоземельные металлы
Спасибо!
Теперь редакторы в курсе.