Реклама. ООО «РТК-СЕРВИС», ИНН 7704356630
erid: F7NfYUJCUneVfS3Qoof1
Российский рынок Private LTE (частная сеть LTE: Long-Term Evolution — долговременное развитие) вырос на 50% за год и достиг 7,4 млрд рублей.
Спрос растёт, производители базовых станций наращивают выпуск, ядро сети уже достаточно зрелое. Но между записью в реестре и стабильной работой в цеху лежит пропасть.
Константин Савчук, генеральный директор системного интегратора «РТК-Сервис», рассказал о ситуации с элементами российского производства для строительства Private LTE.
По его словам, на бумаге отечественные решения существуют, а на практике заказчик часто остаётся один на один с вопросом, заработает ли это конкретно у него на заводе или месторождении.
Ответ зависит не от уровня локализации, а от того, кто и как соберёт компоненты в единую систему.
Одним из составных элементов сети Private LTE являются базовые станции. В России уже сформировался ряд производителей с реальными возможностями поставки.
«ИРТЕЯ» имеет 1600 базовых станций, работающих в действующих сетях «МТС» и «Билайн», и планирует достичь 4000 единиц к концу 2026 года.
«Булат» в 2026 году планирует выпустить около 1950 базовых станций. YADRO планирует до конца 2026 года подключить несколько тысяч базовых станций в более чем 30 регионах страны.
Потенциал у российского оборудования однозначно большой, однако ключевые радиочастотные компоненты всё ещё локализованы слабо.
На ЦИПР-2026 впервые в России показали образец частной 5G-сети (пятое поколение) на отечественном оборудовании YADRO. Это важный шаг, но серийное производство таких решений ещё предстоит наладить.
«РТК-Сервис» ведёт поставки и осуществляет техподдержку базовых станций, поэтому хорошо знаком с этим оборудованием. При подборе устройства для конкретного заказчика интегратору приходится оценивать целый набор параметров.
Поддерживает ли базовая станция те частоты, которые нужны на данной площадке. Достаточно ли скорости для передачи данных. Хватит ли мощности радиомодуля, чтобы покрыть нужную территорию. Выдержит ли оборудование местный климат.
И главное, как всё это будет работать вместе с ядром сети и абонентскими устройствами других производителей. Эти вещи проверяются в лаборатории и в процессе тесной работы с вендором, потому что технические параметры и документация в открытом доступе представлены фрагментарно.
Ядро сети — это ключевой компонент pLTE, «мозг» системы, который управляет трафиком, обеспечивает аутентификацию пользователей, маршрутизацию данных и мобильность.
За последние годы сформирован значительный задел по его импортозамещению. Сложность в том, что и само ядро состоит из ряда компонентов, каждый из которых должен безотказно работать с другим и быть удобным в управлении.
Нужны тщательные проверки — ядро, которое отлично работает в лаборатории, может начать сбоить, когда к нему подключаются десятки терминалов разных производителей, когда нужно настроить разные приоритеты для разных типов трафика или состыковать с существующими системами диспетчеризации и управления производством.
Задача интегратора — разобраться и подобрать то, что подойдёт конкретному заказчику, а не просто предложить известный бренд или самый дешёвый вариант.
В прошлом году «РТК-Сервис» и российский производитель оборудования создали первый в стране полностью отечественный программно-аппаратный комплекс ядра мобильной сети, который может заменить иностранные решения операторов связи.
В своей лаборатории сетевого тестирования интегратор провёл серию экспериментов, в ходе которых были протестированы:
Для проведения тестирования команда объединила разные компоненты в единое системное решение и развернула компоненты ядра мобильной сети в виртуальной среде на стенде.
В процессе были решены десятки задач в части совместимости узлов, проведено функциональное и нагрузочное тестирование, что позволило убедиться в надёжности и высокой производительности решения в разных вариантах сборки.
Этот прототип изначально создавался для операторов «большой четвёрки», но его отдельные конфигурации вполне применимы и к задачам pLTE. Для частных сетей функциональность ядра обычно компактно упакована в пределах двух серверов, в отличие от операторских инсталляций, где развёртывание занимает целый ряд стоек.
По требованиям заказчика к такому ядру могут дополнительно добавляться платформы IMS (система управления информацией) для голосовой связи и MCPTT для групповой push-to-talk («нажми и говори») коммуникации.
То есть заказчик получает не просто набор железа и софта, а готовое решение под конкретные задачи, и именно интегратор определяет, какой набор компонентов и в какой конфигурации будет работать на конкретной площадке.
Раньше интегратор работал по простой схеме: выбрал, купил, поставил. Сейчас этого недостаточно, потому что перед заказчиком стоит не просто выбор между двумя брендами, а цепочка взаимосвязанных технических решений.
Подойдёт ли зона покрытия отечественной базовой станции конкретной площадке? Проверял ли кто-нибудь, что ядро сети работает именно с этой версией прошивки базовой станции? Будет ли NB-IoT-модуль (узкополосный интернет вещей) на стороне датчика совместим с ядром сети?
Особенно это заметно в сценариях Индустрии 4.0. В сеть pLTE нужно подключить не только устройства сотрудников, но и промышленные датчики, системы для видеонаблюдения и видеоаналитики, роботизированные системы и автоматизированное оборудование, системы групповой и критически важной связи, системы геопозиционирования и другие устройства.
Всё это может быть от разных производителей, с разными протоколами и разными требованиями к качеству связи. Ядро, которое заявляет, что совместимо с любой базовой станцией, нужно проверить на деле, а не на словах.
Интегратор должен уметь читать стандарты и проверять, что производитель действительно сделал, а не просто написал в технической документации.
Именно поэтому работа интегратора всё больше напоминает роль технического исследователя. Ему приходится находить оптимальное решение между задачами заказчика, реальными возможностями отечественных компонентов и экономикой долгосрочной эксплуатации. Для каждого клиента это решение будет своим.
Для горнодобывающего предприятия за Полярным кругом важнее всего надёжный запуск при −50 °C, даже если придётся пожертвовать частью скорости. Для логистического парка под Москвой важнее будет согласование частот и роуминг с существующей сетью Wi-Fi 6 или 5G.
Что тестировать в лаборатории, а что — на площадке:
| В лаборатории | На площадке |
| — Совместимость ядра с разными версиями прошивок БС. — Нагрузочное тестирование: десятки терминалов разных производителей. — Приоритезация трафика и QoS (качество услуги). — Интеграция с IMS и MCPTT. — Работа с системами диспетчеризации. | — Реальное покрытие и зона уверенного приёма. — Поведение при экстремальных температурах. — Помеховая обстановка и её влияние на связь. — Роуминг с существующими сетями (Wi-Fi 6, 5G). — Удобство управления и мониторинга для местного персонала. |
Отдельная история — специальные допуски. Поскольку заказчиками pLTE чаще всего выступают промышленные, горнодобывающие, нефтедобывающие и перерабатывающие производства, а также портовая инфраструктура, при строительно-монтажных работах обязательны разрешения, связанные с этими объектами.
К ним относятся общие требования промышленной безопасности, специальные допуски для нефтегаза, горнорудной и угольной отрасли, портовой инфраструктуры, а для подземных условий — обучение безопасности горных работ и правила обращения со взрывозащищённым оборудованием.
Инженеры «РТК-Сервис» такими допусками обладают и сами ведут работы на площадках заказчика.
Импортозамещение в российском pLTE переходит от вопроса «есть ли отечественное решение» к более сложному: как выбирать и комбинировать эти решения между собой.
На аппаратном уровне локализация продвигается, но нехватка мощностей и разрывы в производительности требуют времени. На программном — ядро уже достаточно зрелое, но множество вариантов создаёт сложность выбора, а значит, и ценность работы интегратора.
Руководителям предприятий стоит помнить: уровень локализации — не цель, а инструмент. Настоящая цель — сеть, которая стабильно работает в конкретных условиях, гибка и обслуживаема.
Отечественные компоненты дают основу для безопасности поставок и соответствия требованиям, но собрать из них работающую сеть можно только при глубоком понимании технических деталей и потребностей конкретного сценария.
Поэтому в переходный период, когда экосистема pLTE движется от «работает» к «работает хорошо», именно интегратор разбирается в каждом элементе, составляющем решение, проверяет совместимость и подбирает оптимальный для заказчика продукт, а без этого локализация остаётся набором реестровых компонентов.
Спасибо!
Теперь редакторы в курсе.