Путь геолога: от университетской парты до буровой

Санкт-Петербургский горный университет

Как вы думаете, подписывая решение о создании Горного училища, Екатерина II осознавала, что именно в этот момент она творит историю России? Историю будущей России — мощной добывающей, индустриальной державы? Пожалуй, осознавала — это вполне соответствует масштабу личности. Прошло почти два с половиной века, а это учебное заведение — ставшее первым техническим в России — по-прежнему славится своими учениками.

В общем, когда организаторы конференции «Современная геологоразведка» решили собрать её участников в Санкт-Петербургском горном университете, они однозначно не прогадали.

По многим причинам. И потому, что специалисты многих профильных предприятий — выпускники этого вуза. И потому, что сама атмосфера университета рождает уважение к профессионалам горного дела. Здесь, в окружении барочной лепнины и портретов императоров, учителя и ученики, одетые в одинаковые чёрные с золотом пиджаки, выглядят особой кастой. На их погонах изображены скрещённые молотки — символ профессии.

Санкт-Петербургский горный университет

Но, согласитесь, одного пафоса недостаточно, чтобы подготовить к работе молодых специалистов, готовых к решению стоящих перед отраслью задач. Что сегодня происходит на геологоразведочном рынке труда? Востребованы ли выпускники столь престижного вуза? И готовы ли они к будням геологов?

«Наш вуз создавал фундамент всей российской промышленности в части разведки и геологии ещё с царских времён. Мы чтим традиции, которые закладывали предыдущие поколения. Со временем меняются и технологии, и принципы геологоразведки, и наш университет и его сотрудники всегда стояли на передовых позициях в этой области.

Наши разработки высоко ценятся во всём мире, но и сегодня остаются крупные задачи, которые стоят перед специалистами геологоразведки и бурения. Это вопросы, связанные с подводной добычей, работой на арктическом шельфе, извлечение керна в таких трудных областях, как Баженовская свита. Мы должны быть передовыми в этой области», — обозначил позиции университета проректор по научно-инновационной деятельности Владимир Бажин.

Открытие конференции проходило в максимально торжественной обстановке: под звуки гимна, под флагами университета.

Это одна сторона медали. Вторую отлично иллюстрирует реплика одного из участников конференции — главного инженера ООО «Восточная буровая компания» Льва Лушникова.

«Мы не против взять в компанию студента, у которого есть в голове какие-то знания. Лично я буду даже доволен, если кто-то меня подсидит в должности главного инженера. Но мне уже лет 20 никто в спину не дышит. Приходите, подышите, я на вас посмотрю», — призвал специалист.

Нужны геологи

В мире геологоразведочного бурения всё неоднозначно. Заведующий кафедрой бурения скважин СПГУ Михаил Двойников рассказал, что в университете готовят специалистов и для «нефтянки», и для работы с ТПИ — преподавательского состава примерно 50 на 50. Но если нефтяные компании активно разбирают молодых специалистов и всячески демонстрируют заинтересованность в компетентных геологах, то в отрасли ТПИ наблюдается некоторый провал.

«Нефтегаз сейчас готов всех ребят забрать к себе на работу. Но я хочу сохранить специалистов, работающих с ТПИ, — они нужны. Сейчас мы пойдём на Полярный Урал, там будет разведка, будет бурение — понадобятся геологи. Ещё 4 года назад, когда я сюда пришёл, не было такого перекоса в сторону нефтегаза. Мы продолжаем выпускать специалистов разного профиля, но я считаю, нужно обратить внимание на отрасль ТПИ», — высказался Михаил Двойников.

Вообще, надо сказать, что завкафедрой начал своё выступление неспешно и представительно — с презентации университета, кафедры, профессии. Однако очень скоро тон специалисты сменился: было понятно, что он говорит о наболевшем. По его мнению, проблема отрасли — в отсутствии взаимодействия между наукой и производством. В итоге — парадоксальная ситуация: студентам нужна работа, компаниям нужны специалисты, но контакта нет. Поэтому очень удачно, что за столом собрались именно специалисты буровых компаний.

выездная практика буровиков
Фото: pl63.edu.ru

«У нас есть разные специальности, и я вижу, по каким направлениям готовят работы наши выпускники. И работ по бурению на ТПИ нет!

Была одна, но там использованы данные 40-летней давности. Вы же прекрасно знаете, что есть новые инструменты, новые технологии, способные повысить эффективность бурения на ТПИ. Но материалов у нас нет — большой разрыв между производством и кафедрой», — подчеркнул г-н Двойников.

Здесь, конечно, важен и тот момент, что за последние годы произошли трансформации в самой отрасли.

«Более 30 лет назад я молодым специалистом, выпускником Ленинградского горного, попал на один из крупнейших в Союзе профильных заводов — Экспериментальный завод техники алмазного бурения. Это было очень мощное предприятие, на его средства был построен целый посёлок. Завод работал в тесном сотрудничестве с Министерством геологии СССР.

Но в начале 1990-х в истории завода наступили сложные времена: сокращение кадров и объёмов продукции. Государственное финансирование геологоразведки в тот период фактически прекратилось, производственно-научная деятельность свелась, считай, к нулю. И в конце 1990-х мой научный руководитель, которому я многим обязан, сказал, что, возможно, стоит возродить то дело, которое мы когда-то начинали, потому что потребность в этом есть. И так была основана компания «ЭЗТАБ», производитель бурового инструмента», — рассказал председатель Совета директоров компании «ЭЗТАБ» Арман Хамидуллин.

выездная практика буровиков
Фото: hwtpu.info

И эта история, конечно же, не единственная: на месте крупных заводов с госфинансированием появились частные компании. Вот и случилось так, что порвалась связь времён. Присутствующие на конференции геологи поделились воспоминаниями о том, как несколько лет назад, получив диплом, пытались попасть в отрасль. Не получалось — на письма просто не отвечали, приходилось уходить в другие сферы. Профессиональные геологи вынуждены были работать продавцами.

Тандем науки и производства

Впрочем, нет, связь всё же сохранилась. Тот же «ЭЗТАБ» не забыл свою alma mater. И, рассказывая о возможностях совместной работы вузов и бизнеса, Михаил Двойников основывался именно на опыте работы с этой компанией. Он также подробно проанализировал сложности, которые сегодня переживает отрасль, — поделился настоящим взглядом изнутри.

«К нам приходят представители отрасли и говорят, что выпускники того-то и того-то не знают, говорят, что дипломы стали слабыми. Я-то знаю, как строится процесс обучения, и могу вас заверить, что студенты получают весь необходимый комплекс знаний, они достаточно подготовлены. Но всё, что делается студентами и преподавателями, делается на старых данных. И в результате нет привязки к современным технологиям. Этот пробел нужно восполнить, и здесь мы ждём инициативы от компаний. Согласитесь, в этом заинтересованы все: тогда работодатель сможет получить того выпускника, который ему нужен», — высказался Михаил Двойников.

Какой конкретно помощи ждут педагоги? Практической — в прямом смысле.

Скажем, у университета есть учебный полигон. Здесь установлено достаточно современное оборудование, и студенты могут проходить ознакомительную практику: понять, как идёт бурение, как работает алмазный инструмент. Но, настаивает завкафедры, хорошо бы иметь стенд, где можно отработать комплекс технологии — начиная от приготовления раствора. В связи с этим г-н Двойников пригласил специалистов компании лично побывать на полигоне — чтобы опытные практикующие специалисты сами могли оценить, как именно можно его усовершенствовать.

«Я никому не пытаюсь навязать участие в жизни университета, но ваша помощь была бы нам полезна. Расскажу, как мы работаем с компанией «ЭСТАБ». Это могут быть экскурсии на производственные базы, оформление стендов и композиций, кураторство над дипломными работами. Также у нас существует фонд поддержки будущих буровых технологов, посмотрите, как возможно там ваше присутствие — этот фонд создан для того, чтобы поддерживать талантливых ребят. И если бы наши преподаватели могли выезжать на предприятие для стажировки, это бы тоже благоприятно сказалось на нашем общем деле. И, конечно же, производственная практика для студентов — это очень важно», — подчеркнул Михаил Двойников.

Предложения, надо сказать, посыпались тут же. Представители компании «Бурмаш» немедленно пригласили студентов к ним на практику в Казахстан — тем более не исключено, что в санкт-петербургском университете учатся «земляки». Специалисты отметили, что казахские геологи высоко ценят достижения советских и российских профессионалов и сегодня рады будут сотрудничеству.

Тем более что в компании стараются не отставать от века и внедрять передовые разработки.

Аналогичное приглашение поступило от Роскомгеологии Узбекистана: студентов соблазняли двумя сотнями различных буровых станков, которые здесь работают. Специалисты, правда, добавили, что работать придётся в непростых условиях — температура доходит до +60 градусов.

выездная практика буровиков
Фото: saratovmer.ru

Специалисты Восточной буровой компании, с которыми у вуза уже налажено сотрудничество, подтвердили, что практика — наиболее важный аспект для формирования профессионального геолога. И ещё подчеркнули, что принципиален социальный лифт: чтобы специалист прошёл путь от помощника машиниста — без этих знаний он не сможет занять управленческий пост.

«Ещё один вариант сотрудничества — семинары или открытые лекции. С такой инициативой уже выступила Восточная буровая компания, мы хотели бы привлечь и другие предприятия — может быть, в формате онлайн-версии», — добавил Михаил Двойников.

«Были люди в наше время…»

Собравшиеся затронули и классическую тему поколений, отметив, что современные студенты-геологи отличатся от тех, что получали эту профессию лет 50 назад. Удивительно, но г-н Двойников этот факт не опроверг.

«Да, говорят, что выпускники сейчас «не те». Я вижу два принципиальных момента.

Государство не поддерживает геологоразведку так, как это было, скажем, в 1980-х годах. И это ощутимо — тут можно с разных сторон посмотреть. Возьмём даже буровое оборудование. Много ли в России производств, которые выпускают технику, которая нужна современным компаниям? Так, чтобы она реально соответствовала условиям бурения? И компании приобретают иностранные решения, сталкиваясь с проблемами сервиса. Этот ведь тоже вопрос, который нужно решать совместно с вузами. А студенты не могут этого не видеть.

Второй момент. Наверное, молодые люди и правда изменились. Наше поколение воспринимало геологическую практику как романтику. А сейчас у половины наших ребят после первого выезда пропадает всякая охота так работать. И просят вместо выездов где-нибудь в офисе посидеть. Мне кажется, это вопрос популяризации профессии. Я не скажу, что есть поколение лучше, а есть хуже — у нас учатся отличные ребята! Но они видят вокруг себя представителей других профессий, их рекламируют. А где они видят геологов?», — высказался специалист СПГУ.

выездная практика буровиков
Фото: geolog.kubsu.ru

От себя добавим, что опрошенные нами специалисты также упоминали о такой проблеме — популярность профессии геолога и отношение к ней молодых людей.

«На мой взгляд, основной преградой на пути молодёжи для постижения профессии геолога является современное воспитание и ценности. Проблема в том, что в современном обществе вокруг нас всё говорит о том, что сейчас модно быть потребителем, а не созидателем. На телеэкранах в основном показана праздная жизнь без той обратной стороны, которая далеко не так легка и красива.

Молодёжи не показывают истории успеха, в которых успех был заработан тяжёлым трудом, и то, что он наступил не сразу. Практически отсутствует программа профессиональной ориентации в школах.

За последние 10 лет я не слышал о том, что в школу пригласили кого-то из работающих геологов для того, чтобы он рассказал школьникам о профессии, о её сути и важности. К сожалению, многие молодые люди даже отдалённо не представляют, что изучает геология и в чём важность этой науки для общества», — считает директор ООО «Сибгеоресурс» Андрей Подлегаев.

«Профессия геолога не является в наши дни престижной, поэтому зачастую не востребована в вузах страны и влечёт за собой большую ответственность в части подготовки высококвалифицированных кадров.

В такой ситуации, нам кажется, стоит уделять в школах немного больше внимания наукам, связанным с геологией, развивать и открывать профильные музеи, в целом постараться сделать так, чтобы данное направление деятельности стало более открытым и доступным для изучения», — согласен президент АО УГРК «Уранцветмет» Геннадий Толмачёв.

Слово молодым

Но давайте будем оптимистами. На любом факультете есть, так скажем, случайные люди, а есть специалисты с горящими глазами. Одним из спикеров конференции стал студент 5-го курса СПГУ Борис Алябьев, который представил отчёт по производственной практике. Её он проходил в Русской буровой компании, на объекте в Республике Башкортостан. Борис разбирался в тонкостях алмазного породоразрушающего инструмента.

Отталкивался молодой специалист от следующих фактов. Определяющий фактор работоспособности алмазной коронки — состав её матрицы. В матрице располагаются алмазные кристаллы, которые являются основными породоразрушающими элементами.

Они должны как можно дольше сохраняться в матрице, поддерживая работоспособность коронки. Матрица тоже должна быть достаточно твёрдой, чтобы сопротивляться деформациям при осевых нагрузках.

И в то же время она должна быть достаточно износоустойчивой, чтобы взаимодействовать с горными породами. Если первые две задачи общие, то третья требует индивидуального подхода в зависимости от пород, на которых идёт бурение. Если износостойкость недостаточная, будет происходить обнажение и выпадение алмазов. А при недостаточном износе величина выступов алмазов из матрицы уменьшится, коронка заполируется — её эффективность станет равной нулю. Подбор матриц является задачей специалистов по бурению многих стран, однако многое зависит от самих буровиков — от их опыта, умения и способности правильно подбирать инструмент.

Практикующие геологи одобрили тему, подтвердив актуальность проблемы. Приезжая на новое месторождение, буровики в обязательном порядке подбирают буровой инструмент — это один из важнейших элементов в процессе.

Во время своей практики Борис вместе со специалистами компании оценил эффективность работы коронки, сопоставив скорость бурения и нагрузки на станок, а также расход топлива. Молодой геолог аргументировал свой вывод о том, что используемые на первом этапе работ коронки не соответствовали геологическим условиям.

Также он поделится своими наблюдениями: на данный момент на месторождениях активно используются коронки иностранного производства, поскольку они демонстрируют большую механическую скорость и более высокий ресурс. Однако при этом отметил, что продукция компании «ЭСТАБ», с которой довелось работать в процессе практики, может стать конкурентоспособной в данных условиях при соответствующих модификациях моделей и учёте результатов этих испытаний.

Выступление молодого специалиста Бориса Алябьева

Выступление молодого специалиста очень заинтересовало собравшихся — обсуждение было активным. Казалось, что изначально все и вовсе забыли, что речь идёт о студенческой работе, и задавали Борису вопросы на уровне профессионалов. Звучали пожелания и уточнения, комментарии к представленным цифрам — в общем, получилось общение на равных. Лишь потом преподаватели университета напомнили, что Борис Алябьев ещё студент и цель его работы была несколько иной.

«Студентам обязательно нужно пройти через буровую. И то, что мы сделали, это именно та работа, которую нужно проводить со студентами — лучше даже, чтобы это были студенты более ранних курсов. Не важен результат — какая коронка лучше. Принципиально, что свою карьеру буровика наш студент начал именно с подбора технологии», — подчеркнул один из преподавателей СПГУ.

Текст: Анна Кучумова

Понравился материал? Подпишитесь
на отраслевой дайджест и получайте подборку статей каждый месяц
.

Статья опубликована в журнале Добывающая промышленность №2, 2020

Подпишитесь
на ежемесячный дайджест актуальных тем
для специалистов отрасли.

Исключительно отраслевая тематика. Никакого спама 100%.