СПЕЦПРОЕКТ

Mining World Russia 2020

ПЕРЕЙТИ

Добыча и коронакризис: кто кого?

Обогатительная фабрика

Конечно, праздновать победу ещё рано: ограничения до конца не сняты, коронавирус ходит по планете, а медики пугают второй волной. Но всё же того гнетущего ощущения неизвестности от разрушения привычного мира, что было в апреле, уже нет. Несколько месяцев назад аналитики предрекали большой экономический кризис, который коснётся и главного для России сырьевого бизнеса. Сейчас можно подвести некоторые промежуточные итоги: так как же обстоят дела?

Золото

В апреле (в №3, 2020), когда коронавирусная история только началась, мы писали о том, как отразилась эпидемиологическая обстановка на рынке золотодобычи. И отмечали, что здешние компании COVID не подкосил, работы не остановились. Эксперты даже отмечали, что странно говорить о периоде восстановления отрасли, учитывая, что отрасль не пострадала. Прошли месяцы, ситуация в целом не изменилась.

Здесь, пожалуй, вообще уместна поговорка «кому война, а кому мать родна», поскольку кризисы обычно идут котировкам золота только на пользу.

«Текущая внешняя конъюнктура позитивно влияет на финансовые показатели российских золотодобытчиков. Сейчас цена золота в долларах выше показателя 2019 года, обеспечивая рост выручки, а курс рубля и цена нефти ниже, что уменьшает себестоимость (если считать в долларах). Помогает и то, что у крупных компаний в российской золотодобывающей отрасли традиционно высокая доля издержек номинирована в локальных валютах — 60–80% (рубль, тенге)», — говорит Борис Синицын из «ВТБ Капитала» (цитата geo.online).

Золотодобывающие компании сообщают о росте показателей. Так, производство Polymetal во втором квартале 2020 года выросло на 2% год к году до 358 тыс. унций в золотом эквиваленте, роль сыграли высокие показатели Кызыла. И текущий производственный план компания подтвердила, и работы на АГМК-2 и Нежданинском шли по графику — и это несмотря на то, что оборудование на автоклавное производство шло из-за рубежа.

Petropavlovsk в первом полугодии увеличил производство золота до 320,6 тыс. унций, прибавив к результатам аналогичного периода прошлого года целых 42%. В названные 320 тыс. унций входит 178 тыс., полученные в результате переработки на Покровском АГК собственного флотоконцентрата и концентрата третьих сторон. Рост объёмов продаж составил 39%.

«Благодаря превентивным мерам, предпринятым менеджментом для поддержания производства в условиях COVID-19 и для обеспечения здоровья сотрудников, деятельность предприятий и логистика не прерывались и продолжали работать в соответствии с первоначальным планом», — сообщают в компании.

ЦОФ Кузнецкая

«Полюсу», конечно, досталось, и вспышка коронавируса на севере Красноярского края ударила и по финансам, и по репутации компании. Однако даже здесь перспективы хорошие: аналитики «Финама» говорят, что во время телеконференции по производственным результатам за второй квартал 2020-го менеджмент компании подтвердил плановую добычу на уровне 2,8 млн унций.

Да, добытчик отметил рост издержек в связи с пандемией: если ранее были заявлены 70 млн долларов, то, по последним данным, это уже 94 млн долларов. При этом компания подтвердила, что это не повлияет на TCC или EBITDA для расчёта дивидендов — в конце концов, говорят в «Финаме», у «Полюса» есть возможность нарастить добычу на зрелых и новых своих объектах.

«В основном нашим клиентам удалось сохранить текущие объёмы производства, но в связи с продолжающейся нестабильной эпидемиологической обстановкой риск их сокращения или вовсе остановки некоторых предприятий исключать пока рано. Также отмечу, что некоторым компаниям удалось даже нарастить объём выпускаемой продукции — преимущественно это организации, добывающие золото и цветные металлы.

В целом же наши основные клиенты были отнесены к непрерывно действующим организациям, приостановка деятельности которых невозможна по производственно-техническим причинам. Это позволило нам продолжить работу в области электротехники, энергетики и автоматизации, но уже в новых реалиях.

Существенная доля наших заказчиков сегодня берёт курс, во-первых, на сокращение операционных затрат за счёт работы с поставщиками по снижению цен, уменьшения объёмов работ и услуг.

Во-вторых, на сокращение финансирования проектов развития и объектов, не относящихся к основному производству, в-третьих, на оптимизацию оборотного капитала», — отметил коммерческий директор АО «ТЕХНОГРУПП» Константин Гаврилов, тем самым подтвердив, что заказы со стороны добывающих компаний продолжают поступать, значит, работа компаний движется. Эксперт также отметил, что не было существенных задержек по платежам со стороны заказчиков.

Большие опасения вызывала геологоразведка золотосодержащих месторождений: полевой сезон в наших широтах и так короткий, а тут ещё и геологов рассадили по домам и ограничили передвижение.

Но и здесь удалось обойтись малой кровью. Так, в компании ООО «Геолит», которая специализируется, в частности, на разработке ТЭО кондиций и подсчёте запасов месторождений полезных ископаемых, нам рассказали, что все эти месяцы работы на золоте не прекращали, даже удалось завершить несколько крупных проектов.

«Конечно, пандемия внесла свой вклад в развитие золотодобывающих компаний с точки зрения объёмов добычи и ужесточения санитарных норм. По нашим ожиданиям, мы в сумме останемся на уровне 2019 года. Тем не менее российский рынок — это рынок, перспективный для инвеститоров. И надо сказать, что сейчас активизация инвесторов на рынке достаточно высокая, при текущих ценах на золото только ленивый не смотрит в нашу сторону. Я считаю, что это шанс, который открылся для инвеститоров в этом году, но длиться такое положение дел будет недолго.

Пропорционально с ростом цены на золото, а то и опережая её, растут аппетиты владельцев активов, которые вполне логично, с их точки зрения, поднимают цену. Но это не всегда логично с точки зрения покупателей — рано или поздно ведь цена упадёт», — высказался председатель Союза золотопромышленников России Сергей Кашуба, выступая на вебинаре, организованном «Мингео».

Уголь

С угольной отраслью всё непросто. Нет, пандемия мимо не прошла, но, надо полагать, мы столкнёмся с отложенными последствиями сегодняшней ситуации.

Если посмотреть на показатели статистики, то объёмы добычи угля снижаются. Центральное диспетчерское управление ТЭК сообщает, что в июле 2020 года чёрный алмаз потерял 4,2% по сравнению с аналогичными показателями прошлого года. За пять месяцев 2020-го кузбасские угольщики снизили объём добычи на 11,7% — если сопоставлять с тем же периодом 2019-го.

В более выигрышном положении оказались добывающие и перерабатывающие предприятия, которые являются частью холдингов, то есть те, кому не нужно искать рынки сбыта. Скажем, на ЦОФ «Кузнецкая» работы идут в том же темпе, что и раньше, поскольку концентрат коксующегося угля с фабрики отправляется по большей части на металлургические предприятия самого ЕВРАЗа. Да и вообще, положение коксующегося угля более стабильно, чем угля энергетического: всё-таки сталь нужна всегда — если не будем строить, будем ремонтировать.

«Конечно же, пандемия негативно повлияла на угольную отрасль.

Есть объекты, которые остановили работу, есть те, которые работают в половину мощности. Но рынок вообще нестабилен. В 2015 году просел, потом начал подниматься, прошлогодние пожары в Австралии вроде бы цены сдвинули, теперь вот пандемия. Я думаю, это нормальное движение, цены колеблются, рынок меняется», — рассуждает главный механик ЦОФ «Кузнецкая» Евгений Варламов.

Вообще же, можно говорить, что отрасль переживает не лучшие времена. С одной стороны, продолжается прошлогодняя история угольного кризиса, когда существенно снизились поставки в европейском направлении. С другой — масла в огонь подлила пандемия. И хотя добыча оказалась в числе отраслей, которые не приостанавливали свою работу, предприятия вынуждены были свернуть или заморозить часть проектов. Об этом говорят их поставщики.

«У нас дела идут неплохо, работу мы не останавливали — реализовывали контракты, которые были подписаны за полгода-год до пандемии. Для этих проектов мы закупили материалы, инструменты, выполняем работы в полном объёме. Но вот проекты, которые угольные предприятия закладывали на будущие периоды, отложены. С тендеров их полностью не сняли, но сроки передвинули.

Я думаю, скоро рынок восстановится, возобновится и их реализация», — говорит директор по производству ООО «Перспективные технологии» Александр Иванов. Компания специализируется на производстве шахтных конвейеров, а это оборудование — из списка обязательных, так что можно сделать выводы.

«Нам пришлось несколько скорректировать планы на этот год, поскольку изменилась ситуация на рынке. Наши основные клиенты — а это шахты — довольно существенно сократили свои инвестиции.

Кроме того, при производстве нашей новой продукции мы столкнулись с тем, что сроки поставки комплектующих увеличились.

Впрочем, сегодня мы уже почти всё получили», — рассказал генеральный директор ООО «Завод инновационного машиностроения» (компания работает над производством шахтного транспорта) Станислав Колташов.

Вроде бы сложившуюся в отрасли ситуацию стоило охарактеризовать как временные трудности. Вот и департамент угольной промышленности Кузбасса, хотя и признаёт, что добывающие предприятия региона «находятся в труднейшем экономическом положении с четвёртого квартала 2018 года под действием затяжного падения цен на уголь», причин для паники не видит.

«Уголь сохраняет позиции энергоресурса, на который предъявляется спрос. Планируется, что показатель годовой добычи угля в Кузбассе будет близок к уровню прошлого года», — цитирует слова представителей ведомства «КоммерсантЪ». Напомним, что в прошлом году добыча составила 250,1 млн т.

Специалисты Института развития технологий ТЭК тоже считают, что угольная отрасль восстановится. Они согласны с тем, что угледобыча, равно как и «нефтянка», пострадала от пандемии. Но у угольщиков есть преимущество.

«Чтобы остановить добычу, им в большинстве случаев достаточно заглушить двигатели на карьерной технике. Столь же легко добыча может быть восстановлена. Азия, первой принявшая удар эпидемии, первой же и отменяет карантинные меры, возвращаясь к нормальной жизни. А значит, ей требуется энергия», — говорится в материале ИРТТЭК.

Экспортная составляющая есть и останется основным драйвером развития отрасли, считают эксперты, причём особенно перспективна поставка угля на Восток. Да, имеет место конкуренция с другими источниками энергии, но уголь всё равно сохранит хорошие позиции.

И тут дело не столько в окончании пандемии, сколько в развитии транспортной инфраструктуры — вот что реально нужно угольщикам.

Это была оптимистичная точка зрения. В то же время мелькают мнения, что углю, то есть углю энергетическому, от коронавирусного удара не оправиться — эту точку зрения, понятное дело, поддерживают адепты «чистой», в смысле неугольной, энергетики.

Euronews цитирует слова представителей организации Europe beyond Coal, которые всерьёз готовят некролог угольной генерации.

«Всем уже стало ясно, что во время карантина и изоляции спрос на уголь ещё больше упал, и он уже не может конкурировать с возобновляемыми источниками энергии. Такую тенденцию мы уже наблюдали в прошлом году, когда число часов, во время которых заводы использовали в качестве топлива уголь, упало на целых 24%».

Антиугольные активисты считают, что в процессе восстановления экономики правительства европейских стран должны стремиться к тому, чтобы делать это на возобновляемой энергии. Энергетика Великобритании работала без угля 35 дней, в Португалии энергетика работает без угля уже почти два месяца, — напоминают в организации.

Что ж, поживём — увидим.

Нерудные материалы

Ключевые потребители нерудных материалов — строительные компании, эта продукция используется как при создании зданий, так при строительстве и реконструкции дорог. Поэтому на данной отрасли связанные с пандемией ограничения сказались напрямую, а рикошетом ударили по сопутствующим производствам.

«В Москве и области остановили стройки, соответственно, остались без работы карьеры нерудных материалов в Смоленской, Владимирской, Ярославской областях — а это наши заказчики. Кого-то закрыли в административном порядке, кто-то продолжил работу, но спрос упал», — рассказывал финансовый директор и соучредитель компании «ТехКарьер» Антон Третьяков в конце апреля. «ТехКарьер» специализируется на поставках комплектующих для дробильных установок. Сама компания свою работу не останавливала, однако снижение объёмов заказов было очевидным, нарушилась и платёжная дисциплина.

«Пандемия сказалась на работе не только нашей компании — в той или иной степени пострадали и горнопромышленная, и нерудная отрасли целиком. Многие строительные фирмы замораживали проекты и останавливали работы: даже крупные застройщики простаивали по два-три месяца. Спрос на материалы упал, а транспортировать грузы стало сложнее обычного. Только в июне Москва и Петербург начали оживать, пытаясь восстанавливать прежние производственные объёмы.

Element всё время вкладывался в дигитализацию, в развитие информационных систем и баз данных, отлаживал бизнес-процессы.

Это делалось для управления бизнесом и его масштабированием на перспективу, но в кризис созданная компанией система позволила нам успешно работать практически без последствий, выполняя все рекомендованные властями меры безопасности.

Сейчас мы обновляем программы по контролю и менеджменту качества, прорабатываем новых поставщиков и создаём инструменты для бизнеса: запускаем интернет-магазин с возможностью подбора запчастей Element прямо на сайте компании, улучшаем складскую программу и оптимизируем процессы по работе с данными», — рассказал директор по развитию группы компаний Element Марат Абдурахимов.

Как и в ситуации с углём, в более выигрышном положении оказались добытчики, интегрированные в крупные холдинги. Так, разрезы кузбасского «Стройдорэкспорта» особых перемен и сложностей не заметили — все коронавирусные месяцы отработали в прежнем режиме, и никаких вопросов по сбыту не возникало: добытый здесь щебень шёл на нужды входящих в структуру компании дорожно-строительных активов.

Да и вообще, дорожное строительство не останавливалось. Так, в пресс-службе компании «Автобан» отметили, что все работы по ремонту, реконструкции и содержанию дорог идут в прежнем темпе и в прежнем объёме — сроки не переносили. Да, изменилась организация рабочего процесса, да, увеличились затраты на персонал, но работы продолжились. Примерно так же обстоят дела и в других дорожно-строительных организациях.

И вообще, когда закрывается одна дверь, открывается другая. Пресс-служба «ГорСнабСтрой» отмечает, что отгружать строительные, в том числе и нерудные, материалы компания не прекращала, поскольку они оказались исключительно востребованы на строительстве объектов здравоохранения.

«Критичного снижения спада объёмов производства не наблюдается. В основном спад связан с перенесением сроков заказов. В условиях неопределённости большинство компаний опасаются вкладывать деньги в крупные проекты. Мы ищем дополнительные рынки сбыта и осваиваем новую номенклатуру, поэтому существенного снижения производства не планируем. Реализация основных проектов по модернизации производства ведётся в запланированные сроки.

Основных направлений два: модернизация линии ХТС крупного литья (до 50 т) и запуск новых вальцев для гибки металла толщиной до 150 мм. Запуск запланирован на сентябрь 2020 года, новой линии ХТС — на январь 2021-го», — рассказал старший менеджер ООО «Механоремонтный комплекс» Алексей Усатов. То есть компания-поставщик нестандартного оборудования не только не остановила работу, но и реализует новые проекты.

В итоге, как сообщают аналитики СМ ПРО, рынок нерудных материалов выравнивается. Стройки запускают, какие-то и вовсе не останавливали, «несмотря на текущие экономические условия, производство нерудных строительных материалов с начала 2020 года к соответствующему периоду 2019 года увеличилось на 2,4%». Спад наблюдался в апреле: производство щебня, гравия, гальки и прочих нерудных материалов уменьшилось на 4,6% в апреле 2020-го по сравнению с апрелем 2019-го, но дела уже пошли в гору.

Нефть

Нефтедобыча видится наиболее пострадавшей от пандемии отраслью, и здесь связь между ограничениями и рынком наиболее очевидна. Аналитики «Финам» говорят, что сегодня мы переживаем самый серьёзный обвал спроса на нефть в современной истории.

Пандемия в данном случае не единственная причина, предпосылки сегодняшнего положения дел возникли давно. Уже несколько лет аналитики говорят об избытке нефти на рынке, и даже быстрорастущая китайская экономика была уже не в состоянии переварить всё добываемое чёрное золото.

Ну а месяцы самоизоляции и закрытых границ очень существенно ударили по нефтяному рынку: на транспортный сектор, говорят в «Финам», приходится до двух третей спроса на нефтепродукты. Да, самым перспективным направлением остаётся нефтехимия, но это по-прежнему 12% спроса.

И вот результат: авиаперелёты сократились на 80%, дорожный трафик — на 24%, морские перевозки — на 20% (в первом квартале 2020 года по сравнению с этим же периодом 2019-го), в результате мировой спрос на нефть снизился на 24%. Ну а дальше — падение цены барреля. Вроде бы апрельские минимумы мы пережили, кривая спроса поползла вверх, что, вкупе с ограничением добычи, теоретически должно выправить ситуацию.

В ИРТТЭК говорят, что, если не случится второй волны, спрос на топливо в России в третьем квартале текущего года стабилизируется. В первую очередь аналитики ожидают восстановления спроса на ДТ, а вот автомобильному бензину придётся подождать неопределённое время, пока ограничения окончательно не снимут.

Текст: Кира Истратова

Понравился материал? Подпишитесь
на отраслевой дайджест и получайте подборку статей каждый месяц
.

Статья опубликована в журнале Добывающая промышленность №4, 2020

Подпишитесь
на ежемесячный дайджест актуальных тем
для специалистов отрасли.

Исключительно отраслевая тематика. Никакого спама 100%.