СПЕЦПРОЕКТ

Mining World Russia 2020

ПЕРЕЙТИ

На воробьиный скок

Первые месяцы нового года славятся двумя явлениями. Во-первых, планируется работа на ближайший период: формируются стратегии, дорожные карты и целевые задачи. А во-вторых, подводятся итоги года прошедшего, без которых адекватная постановка целей невозможна. Два ведомства — Минприроды и Росстат — опубликовали итоговые доклады, из которых можно сделать выводы о результатах развития, в том числе, добывающей отрасли.

2017 год сформировал высокие ожидания. За 8 его месяцев в России добыли полезных ископаемых на 8,6 трлн рублей — примерно столько же, сколько за весь 2012 год. А значит, радостно заявляли аналитики, отечественная экономика возвращается к докризисному уровню. Однако финальные итоги получились хоть и позитивными, но всё же не столь фееричными, как предполагалось.

Что мы имеем

Для того чтобы оценить богатство российских недр, логичнее всего обратиться к данным Минприроды России. Правда, ведомство это серьёзное и обстоятельное, поэтому итоги подводят долго и скрупулёзно.

В последних числах 2017 года оно опубликовало данные за 2016-й. Зато отчёт этот очень подробный: в госдокладе «О состоянии и об охране окружающей среды», помимо основной информации, прописаны ещё и объёмы природного национального достояния. Надо полагать, что за год цифры радикально не изменились.

Вряд ли кого-то удивит информация о том, что природа нашу страну, мягко говоря, не обделила. Минприроды напоминает, что мировая доля России по запасам нефти составляет 13%, газа — 30%, угля — 11%, свинца — 12% и калийных солей — 33%.

При этом на долю нашей страны приходится более 40% добываемого палладия, 13% никеля 14% платины (Таблица 1). Так что по многим показателям мы занимаем ведущие места в мире. Так, Россия — безусловный лидер по запасам свободного газа, стронция, алмазов и апатитовых руд, по ряду важнейших показателей находится на втором месте (Таблица 2).

Примечательно, что при таких ресурсах добыча не является самым затратным видом экономической деятельности: основные фонды отрасли составляют 21,7 трлн рублей, 11,7% к итогу (самый большой основной фонд, по данным Минприроды, у транспорта и связи).

Что мы добыли

А теперь посмотрим, как в текущем году российские добывающие производства воспользовались имеющимися богатствами. Вообще, 2017 год завершился для нашей экономики совсем не так радужно, как этого ожидало правительство. Индекс промышленного производства вырос на 1%.

То есть всего-навсего 1%, тогда как Минэкономразвития прогнозировало 2,1%, и именно такие результаты держались до середины 2017 года. По большинству отраслей наблюдается спад, и рост делает именно добывающая промышленность — 2%.

Обратимся к данным Росстата. Важнейший экономический показатель — это ВВП по конкретному виду экономической деятельности. За период с января по сентябрь 2016 года в добывающей отрасли он составил 5306,1 млрд рублей, 9,5% к итогу. За тот же период 2017-го же 6327,3 млрд рублей и 10,7% к итогу.

Индекс производства в 2017 году по сравнению с 2016-м составил 102%, в декабре 2017-го по сравнению с соответствующим периодом предыдущего года — 99%. В целом же можно наблюдать положительную динамику добычи полезных ископаемых: показатели растут или же демонстрируют незначительное снижение (если не брать в расчёт сезонный и календарный фактор, Рисунок 1).

Прирост заметен по целому ряду видов полезных ископаемых. Так, в 2017 году в России добыли 410 млн тонн угля — 106,4% к предыдущему периоду. Также выросла добыча свинцовых концентратов, рафинированной меди и некоторых других полезных ископаемых (Таблица 3).

Но далеко не всё так радужно даже в сфере добычи: «просела» «нефтянка», особенно это заметно по результатам последних месяцев года. Эксперты объясняют это выполнением соглашения с ОПЕК. В итоге добыча сырой нефти и газового конденсата по итогам года снизилась на 0,3% по сравнению с 2016 годом. Зато растёт добыча природного газа: 604 млрд м3, 108,7%. По всей вероятности, сказались экспортные поставки «Газпрома»: экспорт поднялся на целых 8,1%, достигнув 193,9 млрд м3.

Впрочем, комментарии Минэкономразвития относительно результатов года довольно оптимистичны. Выступая на Гайдаровском форуме, глава ведомства Максим Орешкин отметил, что российская экономика восстанавливается после кризиса, и текущие показателе — это начало уверенного роста. То есть, фактически, разговор о результатах ещё впереди.

Где мы потеряли

Минприроды в своём докладе фиксирует своё внимание не только на объёмах существующих и добытых полезных ископаемых, но и на том, что отрасль работает, по большей части, с невозобновляемыми ресурсами.

Специалисты подчёркивают, что «одной из серьёзных проблем России является недопустимо расточительное некомплексное использование недр». В результате от 30 до 50% описанных выше богатств теряются в процессе добычи и переработки. Наиболее значимы потери попутного газа и серы при добыче нефти. А это уже не только прямые экономические потери, но и вред окружающей среде. Крупные потери имеют место на стадии добычи и переработки руд.

При этом в отвалах предприятий разубоживаются и безвозвратно теряются многие ценные компоненты, содержащиеся в добываемых рудах (Таблица 4).
Эксперты приводят безрадостные примеры нерационального использования ресурсов.

При производстве калийных проектов в России используется традиционный, шахтный метод добычи, он же, как ожидается, останется основным в ближайшие годы. В результате такого подхода в недрах теряется около 60% руды. Более эффективным оказывается метод подземного растворения калийных солей. Он используется в Аргентине, Канаде, Конго, Эфиопии, но не в России.

Или взять попутно добываемое минеральное сырьё и вскрышные породы. Из добытых хибинских апатитовых руд сегодня перерабатывается для получения глинозёма лишь 15% нефелина, что приводит к потере 2 млн т глинозёма в год. При этом практически не извлекаются ценнейшие редкоземельные элементы. По данным Минприроды, их хватило бы для удовлетворения всех мировых потребностей.

А при плавке медно-никелевых руд на Норильском металлургическом комбинате в атмосферу выбрасывается около 1 млн т серы — остро дефицитного в России продукта. Платиноиды и кобальт также извлекаются не полностью. При переработке железных руд (магнетитов месторождений Урала и Сибири) теряются на разных стадиях передела медь, кобальт, ванадий и другие ценные компоненты.

Отдельной строкой стоят проблемы добычи и переработки нефти. Глубина первичной переработки, по данным Минэнерго, в нашей стране составила в 2016 году 79,2%. Есть, правда, прогресс: в 2015 году этот показатель был 74,3%. Минприроды подчёркивает: увеличение глубины переработки на 10% равнозначно ежегодной добыче дополнительных 20-25 млн т нефти.

Это означает, что, во-первых, Россия каждый год безвозвратно теряет одно среднее по запасам нефтяное месторождение. А во-вторых, увеличение нефтяных показателей возможно без включения в добычу новых нефтяных территорий.

Подготовила Кира Истратова

Понравился материал? Подпишитесь
на отраслевой дайджест и получайте подборку статей каждый месяц
.

Статья опубликована в журнале Добывающая промышленность №1, 2018

Подпишитесь
на ежемесячный дайджест актуальных тем
для специалистов отрасли.

Исключительно отраслевая тематика. Никакого спама 100%.